Валентин Александрович Серов Иван Иванович Шишкин Исаак Ильич Левитан Виктор Михайлович Васнецов Илья Ефимович Репин Алексей Кондратьевич Саврасов Василий Дмитриевич Поленов Василий Иванович Суриков Архип Иванович Куинджи Иван Николаевич Крамской Василий Григорьевич Перов Николай Николаевич Ге
 
Главная страница История ТПХВ Фотографии Книги Ссылки Статьи Художники:
Ге Н. Н.
Васнецов В. М.
Крамской И. Н.
Куинджи А. И.
Левитан И. И.
Малютин С. В.
Мясоедов Г. Г.
Неврев Н. В.
Нестеров М. В.
Остроухов И. С.
Перов В. Г.
Петровичев П. И.
Поленов В. Д.
Похитонов И. П.
Прянишников И. М.
Репин И. Е.
Рябушкин А. П.
Савицкий К. А.
Саврасов А. К.
Серов В. А.
Степанов А. С.
Суриков В. И.
Туржанский Л. В.
Шишкин И. И.
Якоби В. И.
Ярошенко Н. А.

На правах рекламы:

агенства сиделок

Закат передвижничества: борьба и единство противоположностей

Сами того не желая, передвижники превратились в то, с чем боролись. Товарищество стало наиболее влиятельным отделением Императорской Академии художеств. Они запретили молодым художникам, которые выставляют свои работы на передвижных выставках, участвовать в любых других выставках.

Л. О. Пастернак напишет:

«Товарищество передвижных выставок было единственной организацией, воспитывавшей массы в художественном отношении. Так как передвижные выставки в те времена были самыми значительными, влиятельными в России, то, естественно, каждый молодой художник старался участвовать в них, — даже если не разделял эстетических принципов этого общества. В свое время передовое, боровшееся с рутиной академизма, революционное общество, оно теперь, старея, стало застывшим и косным. Старшие члены Товарищества находились в резком противодействии по отношению к более молодым. Нас, молодых художников, презрительно именовали «экспонентами», так как у нас не было прав членов общества и потому мы подвергались строжайшему жюри, в то время как члены общества выставляли свои картины без жюри; с нами обращались вообще самым строгим образом. Дошло до того даже (в наши дни это кажется невероятным!), что Ярошенко, этот столп передвижничества, рассылал "экспонентам" официальный "циркуляр" с наивнейшим, чтобы не сказать больше, перечислением сюжетов, какие можно писать для присылки на передвижную выставку, с указанием особо "желательных", с определением даже манеры и техники исполнения… Главным в картине был сюжет. Просто не верится, что эта директивная бумага, определявшая "как надо и как не надо писать картины", — быль, а не сказка-выдумка.

Это исторический документ поздней стадии передвижничества».

Товарищество теперь олицетворяло тотальную власть Академии, которую Крамской и другие участники «Бунта четырнадцати» когда-то считали губительной.

Однако в их рядах не было согласия: Товариществу, как воздух, нужен был лидер. И он появился.

Уехав из Петербурга в 1876 году, Николай Ге отправился жить на хутор в Черниговской губернии. С 1885 года столичные художники потеряли с ним связь. В начале 1889 года на Семнадцатую передвижную выставку прислал свою картину Николай Ге. Его полотно «Выход Христа с учениками с тайной вечери в Гефсиманский сад» имело безусловный успех и у публики, и у художников. Ее приобрел меценат фон Дервиз за 3000 рублей. Члены товарищества составили теплое письмо Николаю Николаевичу, приглашая его в Санкт-Петербург из глубинки.

Жизнь на хуторе оказалась труднее, чем надеялся художник, и он с удовольствием принял приглашение.

Ге, ставший профессором примерно за месяц до «Бунта четырнадцати», оказался связующим звеном между маститыми профессорами и молодежью — он смог найти общий язык со всеми. Все взгляды были устремлены на Ге: от него ждали новых свершений.

Однако следующая картина Николая Николаевича нашла только одного благодарного зрителя — Толстого. Полотно «Что есть истина? Христос и Пилат» вызвало всеобщее недоумение. Его сначала не хотел покупать даже Третьяков, однако, получив письмо Льва Толстого, решил все-таки купить картину.

В письме Толстой был достаточно резок:

«Выйдет поразительная вещь: вы посвятили жизнь на собирание предметов искусства, живописи и собрали подряд все для того, чтобы не пропустить в тысяче ничтожных полотен то, во имя которого стоило собирать все остальные. Вы собрали кучу навоза для того, чтобы не упустить жемчужину. И когда прямо среди навоза лежит очевидная жемчужина, вы забираете все, только не ее. Для меня это просто непостижимо, простите меня, если оскорбил вас, и постарайтесь поправить свою ошибку, если вы видите ее, чтобы не погубить все свое многолетнее дело».

«Что есть истина?» — полотно, которое не могли понять люди, привыкшие к классицизму, реализму и романтизму. За манерой письма, которую использовал Ге, было будущее, но ни критики, ни публика, ни живописцы еще не были готовы к изменениям.

Николай Ге предлагал облегчить вступление молодежи в сообщество, но безуспешно. Он не смог стать ядром Товарищества, но предвидел его кончину:

«…Дело наше кончено, песня спета. Мы еще будем продолжать агонию, не знаю, долго или коротко, но торжества мы своего не увидим. Конец».

Консервативность членов Товарищества уничтожила сообщество. А меж тем, эту же черту они презирали в Академии, когда боролись с ней.

Из-за того что в Товарищество было непросто попасть молодым художникам, новое поколение не стало связывать свой труд вообще с какими-либо организациями. Айвазовский и Маковский, например, имели большой успех и не ассоциировали себя ни с Товариществом, ни с Академией. Со временем таких художников стало больше — искусство развивалось свободно, а академики, профессора и передвижники остались в стороне.

Новые организации сформировались нескоро: в 1898 году появится творческое объединение «Мир художников», в 1901-м — «36 художников». Но они не повторят ошибок Товарищества: работы художников принимались на выставки без оценок жюри, а получить членство было относительно несложно.

 
 
Горный пейзаж
Н. A. Ярошенко Горный пейзаж
Таормина
Н. A. Ярошенко Таормина
Волы
В. А. Серов Волы, 1885
Волга. Пейзаж
А. К. Саврасов Волга. Пейзаж, Первая половина 1870-х
Элегия. Слепой музыкант
М. В. Нестеров Элегия. Слепой музыкант, 1928
© 2017 «Товарищество передвижных художественных выставок»