Валентин Александрович Серов Иван Иванович Шишкин Исаак Ильич Левитан Виктор Михайлович Васнецов Илья Ефимович Репин Алексей Кондратьевич Саврасов Василий Дмитриевич Поленов Василий Иванович Суриков Архип Иванович Куинджи Иван Николаевич Крамской Василий Григорьевич Перов Николай Николаевич Ге
 
Главная страница История ТПХВ Фотографии Книги Ссылки Статьи Художники:
Ге Н. Н.
Васнецов В. М.
Крамской И. Н.
Куинджи А. И.
Левитан И. И.
Малютин С. В.
Мясоедов Г. Г.
Неврев Н. В.
Нестеров М. В.
Остроухов И. С.
Перов В. Г.
Петровичев П. И.
Поленов В. Д.
Похитонов И. П.
Прянишников И. М.
Репин И. Е.
Рябушкин А. П.
Савицкий К. А.
Саврасов А. К.
Серов В. А.
Степанов А. С.
Суриков В. И.
Туржанский Л. В.
Шишкин И. И.
Якоби В. И.
Ярошенко Н. А.

Знакомство с П.П. Чистяковым

В 1870 году вернулся из-за границы художник-педагог Павел Петрович Чистяков. До своей поездки он преподавал в Рисовальной школе, после возвращения его пригласили преподавать в Академии. Стасов вспоминал, как П.П. Чистяков, еще даже не став профессором, очень интересовался художественными новостями, работами молодых учеников Академии, их рисунками, этюдами, эскизами. Однажды, придя в Академию, он был сильно поражен большим рисунком «Княжеская иконописная мастерская», совершенно особенным и самостоятельным, национальным, не похожим на обыкновенные академические программы. Чистяков спросил: «Чья это работа?» Ему ответили: Васнецова. Такая фамилия была Чистякову незнакома. В этом эскизе, по словам Стасова, присутствовало «что-то необыкновенно русское, глубоко русское <... И князь с благодушным лицом и осанистой фигурой, стоящий опершись на палку, в широкой шубе, с тяжелым крестом на груди и с изящной шапочкой на голове; и два боярина по сторонам: один из них — важный и величавый, другой — тонкий, хитряк и лисица; все трое стоят они перед громадною иконой <..., и другие бояре, рассматривающие другие иконы в углу; и мальчишка-ученичок, из страха перед князем залезший на верх лестницы под самый потолок; и монахи, и попы, и отроки-иконописцы — все это чрезвычайно исторично, национально и верно». Чистяков выразил желание познакомиться с молодым художником.

Васнецов, как и многие другие воспитанники Академии, стал приходить к Павлу Петровичу домой, показывал свои рисунки, советовался... Стасов пишет, что у Чистякова хранился маленький холстик, на котором Васнецов пробовал писать масляными красками голову Аполлона Бельведерского. У него ничего не выходило, этюд остался незавершенным... Чистяков был талантливым и чутким педагогом, которого называли своим главным учителем многие мастера русской живописи этого времени — Репин, Врубель, Серов. В чем же был секрет «чистяковской манеры»?

В.М. Васнецов объяснял это так: «В основу ее (манеры) Чистяков клал изучение формы предметов в связи с рисунком, светотенью и колоритом... Чистяков шел в этом деле не от рисунка, а именно от формы. Он настаивал, чтобы она выражалась художником с одинаковой свободой, с какой бы точки зрения ни писался предмет. Он говорил: "Если художник пишет, например, голову в профиль, то должен делать так, чтобы чувствовать и другие ее части"». Васнецов неоднократно вспоминал в письмах, что от каждого свидания с Чистяковым он выносил «чувство глубокого наслаждения», говорил о художественной теплоте и свете, которая исходила от Павла Петровича.

По словам Стасова, «П.П. Чистяков до такой степени был не педант и не академик по натуре своей, что не стал долее принуждать Васнецова к классичности, не стал требовать с него условных совершенств и хождения по академической струнке, — стал помогать ему идти вперед и развиваться, но вовсе не по рутинным, близоруким, беспощадным требованиям классной педагогики».

До конца жизни вспоминал Васнецов о своем педагоге с глубокой благодарностью: «Много тепла и света внесли в мою жизнь разговоры с Павлом Петровичем Чистяковым». Будучи уже прославленным мастером, он напишет теплые и проникновенные слова своему педагогу в честь юбилея его творческой деятельности: «Вы первый заставили меня смотреть на искусство как на самое важное, как на дело, требующее самого серьезного и нравственного к себе отношения и самых больших жертв... Обнимаю и целую Вас крепко, дорогой учитель, Павел Петрович... Любящий Вас сердечно и почитающий В. Васнецов».

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 

В. М. Васнецов Сирин и Алконост (Песнь радости и печали), 1898

В. М. Васнецов Иван Царевич на сером волке, 1889

В. М. Васнецов Бой Добрыни Никитича с трехголовым драконом, 1918

В. М. Васнецов Царевна-несмеяна, 1914-1916

В. М. Васнецов Богоматерь с младенцем, 1914
© 2017 «Товарищество передвижных художественных выставок»